Забытый артефакт

[Кийтал]

Место событий: пл.Нгеталь, Республика Роха, г.Тиарсис, артефакторная мастерская «Ткущие мрак» Время событий: 18 флариса 4971 г. ЭМ Участники эпизода: Кийтал Шарх Наршерри ♦️ Мецкэнетт Ксеф’Хаир Эпизод закрыт для других участников Магические печати, собранные в камне - штука весьма редкая. В легендах о создателях и самой реликвии рассказывают страшные ужасы, хотя искателей это не останавливало. Обрывки найденных документов говорят, что печати в камне когда-то использовались для выявления гибридных рас: амальгархов, ревенантов, вампиров. Так говорят… Только вот подтвердить сведения некому за давностью лет. Последние, достоверные данные сообщают, что некоторые осколки тех печатей найдены и даже помещены в музеи. Но… это просто осколки древних культур в виде разных барельефов, а музеи не спешат проводить точный анализ, чтобы не разочаровывать и не перекрывать поток посетителей. Знающие же могли по незначительным признакам определить, что это за осколки. Только вот таких знающих можно пересчитать по пальцам одной руки, да еще и свободные останутся. Да и найти того, кто может рассказать о том, как создавались печати на камне еще труднее, ибо давно это было. Те, кто был причастен к созданию артефакта, давно уж почили в вечности. Кроме, пожалуй, одного «обычного» артефактора, которому не повезло повстречать на закате жизни духа-тамагаэ. И вот однажды, погожим, или не очень погожим, вечером, готовым перейти в глубокую ночь, на пороге артефакторной мастерской «Ткущие мрак», в г.Тиарсис появился некая госпожа Мецкэнетт Ксеф’Хаир и сообщила, что ей крайне необходимо видеть владельца мастерской лорда Кийтала Шарха Наршерри по весьма срочному делу.

Артефакторная мастерская "Ткущие мрак"

Артефакторная мастерская «Ткущие мрак», большое здание необычной формы уютно примостилось на берегу небольшого искусственного пруда в глубине одного из парков зеленой зоны Тиарсиса. Разросшиеся за долгие годы деревья дают отличную тень для небольших лавочек, радуя посетителей весной и летом яркой зеленью, а осенью, когда листва наливается багрово-золотыми красками, восхищает роскошными листопадами, стоит невидимым ладоням шаловливого ветерка тронуть уставшие от тяжести увядающей листвы ветви. На первый взгляд аллея, представляющая собой огибающую пруд гранитную набережную, кажется довольно запущенной, однако этот эффект умело поддерживается.
Ведущая к зданию асфальтовая дорожка заканчивалась парковкой, где гости, прибывшие в артефакторную мастерскую, могут оставить свой транспорт. Поскольку мастерская работает круглосуточно, паковка не пустует. Все выглядит цивилизованно и стильно. Никакого неона и раздражающей рекламы, ухоженные клумбы и аккуратные газоны.
***
«Ткущие мрак» представляет собой довольно большое помещение необычной формы с мягкими изгибами и отсутствием каких-либо острых углов. Эта оригинальная задумка дизайнера ненавязчиво делит артефакторную мастерскую на несколько секторов. В стеклянных витринах сверкают, отражая свет ламп, самые разнообразные магические конструкты, от артефактов массового производства артефактов до сложнейших, штучных изделий с индивидуальными настройками и редкими свойствами, на любой вкус и кошелек.
Зайдя через центральный вход, вы попадаете в первый «сектор», рассчитанный на клиентов со среднем достатком. Расположенные в витринах этого зала магические конструкты, как правило несложные в исполнении и имеющие одно, реже два свойства, чье производство поставлено на поток вполне доступны. Но пройдя всего несколько шагов вы окунаетесь в другой мир. В мир эксклюзивных артефактов индивидуальной настройки и тугих кошельков. Изделия из редких материалов соседствуют невзрачными на вид конструктами самых причудливых форм, размеров и свойств. Загадочный магический фон, редкие материалы и специфические свойства представленных в витринах изделий притягивает к себе восхищенные взгляды посетителей, и появившееся желание стать обладателем одного из этих сокровищ совершенно неудивительно.
Чтобы попасть в отдел заказов, следует миновать все «сектора». Отдел ремонта и заказов конструктов-артефактов – просторный офис, оформленный в тон всей мастерской, где вы сможете приобрести артефакт, который будет исполнен согласно вашим желаниям. Именно здесь маги-артефакторы обговаривают детали индивидуального заказа, от формы самого конструкта до того, кем из артефакторов мастерской «Ткущие мрак» он будет создан. От витрин, где выставлены авторские изделия, "рабочая" зона отделена прочной матовой перегородкой до потолка, попасть туда можно через дверь с причудливой ручкой и надежным замком. В части, где располагаются вирины, есть несколько кресел для посетителей и пара журнальных столиков - чтобы клиенты могли ожидать своей очереди с комфортом, случись такое.
Вежливый и знающий персонал, всегда готовый помочь потенциальным покупателям вне зависимости от их достатка.

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

Мецкэнетт была не в духе. Это совершенно неудивительно, учитывая, что ей предстояла самая утомительная, муторная и паскудная работа.
Разговаривать.
Кто бы ни придумал все эти тайные правила светских расшаркиваний, что неизменно и непременно должны предшествовать нормальному делу, за это своё изобретение достоин пары выбитых зубов. Возможно, тогда пустопорожне чесать языками хотелось бы меньше.
Да, расчленение тел этой гробокопательнице всегда давалось легче, чем сочленение предложений. Но статус эльфа, которого ей хотелось взять в оборот сегодня, обязывал явиться лично, не посылая помощников. Пожалуй, это увеличит шансы на успех.

Желая расправиться с этим быстрее, вошедшая в в тёмный час гостья не остановилась, по общему обыкновению, у входа, завороженная переливчатым мерцанием причудливых приблуд, что делали спрятанную в парке мастерскую похожей на волшебную шкатулку. Безразличный взгляд даже не скользнул по обширному артефакторному ассортименту, а сразу выцепил только важное: свободную работницу, низкорослую девицу с аккуратно уложенной розовой косой. Кроме неё в зале была лишь пара полноватых магов, возбужденным шепотом о чём-то спорящих у витрины. Кажется, что-то про резист и иммолейт.

Заметив приближающуюся к ней твёрдым шагом эльфийку, продавец тут же держурно улыбнулась:
— Добрый вечер, мэм, рады приветствовать Вас в нашей мастерской. Что желаете подобрать для себя сегодня?
— Меня не интересует покупка артефактов.
Консультантка мигает, но тут же находится:
— Желаете оформить персональный заказ? В таком случае мы…
— Я желаю видеть владельца.
Один из спорящих магов на мгновение заинтересованно оборачивается. Девушка невозмутимо улыбается.
— Мэм, смею вас заверить, я обладаю всеми необходимыми компетенциями, чтобы проконсультировать вас по любому вопросу о наших изделиях. Если же у вас имеются претензии о качестве, то…
— Кажется, я достаточно ясно выразилась, мисс… — вампирша опускает взгляд на серебристый бэйдж, — Киндли. Будьте добры доложить господину Наршерри, что с ним желала бы встретиться сэрра Мецкэнетт из дома Ксеф’Хаир, — она задумчиво что-то прикидывает, и всё же негромко добавляет, — Упомяните, что речь пойдёт о геосигиллите откровений, сиречь инскриптумальной матрице филогенеза. Предположительно, века междуусобиц. Подлинной. Уверяю, моё предложение его заинтересует. Остальное вас, мисс Киндли, не касается.
— Я…
Девушка замялась. Она была бы ужасной работницей, если бы кидалась звать начальство по каждой прихоти очередного эксцентричного колдуна, возомнившего себя пупом земли. Не было ей знакомо и имя гостьи, да и названная тема откликалась только чем-то смутно знакомым. Но вместе с тем что-то… Что-то в манере держаться? Во взгляде? В лишённом угроз и заискиваний тоне требующего голоса? Или просто в жутковатой наружности подземных эльфов, обрамленной базнадёжно классическим, но откровенно дорогим брючным костюмом? Киндли не могла себе внятно ответить, что именно заставило её согласно кивнуть.
— Да, мэм, конечно. Пожалуйста, пройдемте со мной. Могу вам предложить чай, кофе, вино?
— Нет, Киндли.

Так госпожа Ксеф’Хаир и оказалось застывшей в кресле ожидания, закинув ногу на ногу и лениво рассматривая выставленные в дальнем зале образцы, задумавшись в томительном ожидании о чём-то своём.
Её собственный магический кристалл спрятан под шёлком закрытой бордовой рубашки, слишком лёгкой даже для этого по-осеннему тёплого зимнего вечера.
Даже если у местных мастеров и отличная память, лишнее её освежение сейчас ни к чему.

[Кийтал]

пл.Гаэль,
руины древнего города,
укрытого в глубине
дождевых чащоб
18 флариса 4971 г. ЭМ, ночь
Тропический ливень. Он пришел из ниоткуда, рассыпавшись окрест тяжелыми, беременными водой тучами. Они собирались в плотную пелену, укрывшую небо над руинами древнего города, сокрытого в сердце дождевых чащоб. Мгновения глубокой тишины, когда даже самая крохотная пичуга не смеет чирикать, да и крупные хищники молчат, скрывшись в своих убежищах. Джунгли притаились в ожидании осеннего ливня.
Мгновение ничего не происходило, а потом небо расколола ослепительная вспышка молнии, гром зарокотал, играя соло на плотных боках грозовых туч. Хлынул дождь, плотной стеной окутав заросли и руины.
Белёсая тварь летела, рассекая крыльями потоки льющейся с неба воды. Она летела медленно, тяжело взмахивая крыльями, чтобы преодолеть пелену дождя. Охота была удачной, добыча обильной и нежной. И именно ее сейчас тварь тащила в логово, сжимая в «стеклянных» когтях. До города было далеко. Дождь лишь набирал обороты.
Когтистый палец чиркнул по воздуху, разрезая пространство. Черная щель разверзлась перед амальгархом, который легко скользнул внутрь, продолжая сжимать тушу молоденького кабанчика в когтистых лапах.
Мгновенье.
Тьма и тишина.
Это было все, что сейчас ощущала потусторонняя тварь, когда магия переноса подхватила ее, потащив через пространство вместе с добычей. Исчезли звуки и краски. Мир распался на множество кусочков, осыпавшись горстью мелких песчинок. А может это она сам рассыпалась на сотни осколков, которые теперь скользили в пространстве, не в силах собраться в единое целое. Она не знала. Исчезли звуки. Краски растворились в непроницаемой, давящей тьме, окутавшей измененного, словно мягким покрывалом. Он не боялся ее. Да и как можно бояться то, что издавна следует рядом с тобой, укрывая, советуя, оберегая.
Негромкий хлопок. Мир резко обрел краски.
…Город, разрушенный временем и укрытый джунглями, встретил хозяина звенящей тишиной и шорохом льющейся с неба воды. Зловещие тени раскинулись окрест, сторожа покой живущей в руинах твари. Здесь никогда не было городской суматохи, да это и было к лучшему. Тварь Предела не любила шума, а потому выбрала сокрытый в сердце дождевых чащоб опустевший город своим логовом.
Цепляясь когтями за выступы и щели между каменной кладкой, амальгарх полз по стене, спускаясь к укрытой зарослями щели. Острые загнутые когти на крыльях служили дополнительной опорой, помогая передвижению твари.
Нащупав запорный механизм, Шарх коснулся его ладонью, активируя, и кусок стены бесшумно скользнул в сторону, пропуская потустороннего хищника в темный коридор. С резким шорохом сложились за спиной огромные крылья. Тварь шагнула к лестнице, начав быстрый спуск и одновременно изменяясь.
Фигура потекла, выпрямляясь. Исчезли крылья, огромные уши и хвост. Волосы потемнели и окутались темно-зеленой дымкой. Черная вязь татуировок медленно проступала на смуглой коже, заостряя черты лица, и окутывая сложным узором правое бедро и голень. Иззелена-черное покрывало длинных волос укутало плечи измененного.
- Я получил сообщение, Шарх… из твоей мастерской…той, которая на Нгетале, - рогатая морда, плавающая на экране огромного монитора, радостно оскалилась, когда амальгарх появился в кабинете. – Чет много желающих нынче видеть тебя… И да, с тебя снова натекло. Убрал бы…
Ответом был быстрый щелчок пальцев, запустивший сразу несколько бытовых плетений, долженствующих прибраться в кабинете.
- Кхм… кому я там мог понадобиться… - буркнул Наршерри, одеваясь. – Как правило мои управляющие справляются без меня.  Покажи сообщение, Профессор… А впрочем… не надо. Я сам посмотрю на того, кто желает меня видеть.
***
пл.Нгеталь, республика Роха, г.Тиарсис,
Артефакторная мастрерская
"Ткущие мрак"
Кийтал Шарх Наршерри выкристаллизовался в своем кабинете в облаке прохладного воздуха, пропитанного запахом свежей крови убитой добычи. Тварь замерла, пережидая волну головокружения, вызванного межпланетным переходом, слишком быстрым и точечным, ибо амальгарх не стал использовать стационарный портал, который приводил его в собственное жилище в Тиарсисе. Сейчас измененный хотел оказаться сразу же в мастерской «Ткущие мрак».
- Лорд Наршерри… —  мисс Кингли, нервно теребя длинную розовую прядку, спускающуюся на шею, во все глаза смотрела на амальгарха, вернее темного эльфа, который сейчас совершенно не напоминал чопорного аристократа. Черные карго и майка с обрезанными рукавами, шнурованные берцы с высокими голенищами на рифленой подошве. Довершала картину черная же куртка, плотное шелковое покрывало иззелена-черных волос, укрывавших плечи измененного, и зеркальные очки, скрывающие чувствительные к свету глаза. – Там… некая госпожа… сэрра Мецкэнетт из дома Ксеф’Хаир… сбивчиво заговорила девчонка. – Она желает встретиться с вами. Очень настаивает. – она умолкла, взяв паузу, чтобы сделать очередной вдох, и снова затарторила. -  Сэрра говорила что-то о геосигиллите откровений… инкр… инсрк… инскри…    инскриптумальной   матрице филогенеза. – наконец смогла выговорить девица, облегченно улыбнувшись. – Кажется век междоусобиц… Госпожа утверждает, что подлинная.
Амальгарх нахмурился, задумчиво вороша воспоминания, хранящиеся в своей обширной памяти и глядя на растерянную Кингли.
«Сэрра Мецкэнетт из дома Ксеф’Хаир... Вот уж не думал, что вновь доведется встретиться... Да еще по такому поводу..."
Он не стал полностью включать освещение в кабине - весьма обширной комнате, обставленной со вкусом и изыском. Мягкого сияния лампы хватало, чтобы осветить массивный рабочий стол, заваленном незаконченными эскизами и документацией, и пару мягких кресел, заваленном незаконченными эскизами и документацией.
Но главное сокровище комнаты – книги, тонули в глубокой тени, ибо мерцания крохотного светильника не хватало, чтобы разогнать царящий здесь мрак.
Это первое, что обычно бросалось в глаза тем, кто переступал порог кабинета скромного арфактора Кийтала Шарха Наршерри. Их было...много. Самых разных. Больших и маленьких. Старых, страницы которых пожелтели от времени, и совсем еще новых, еще пахнущих свежими чернилами и специфическим ароматом тисненной кожи переплетов. И каждый из этих многочисленных томов содержал информацию, необходимую для профессиональной деятельности владельца мастерской "Ткущие мрак". Малая часть обширной библиотеки амальгарха, самое ценное из которой было укрытого от посторонних глаз в раинах забытого города в сердце дождевых чащоб Гаэля.
- Проводите госпожу в мой кабинет, мисс Кингли — мягко проговорил амальгарх. — Я приму сэрру Мецкэнетт.
Быстрый взгляд на циферблат настенных часов и, уголки четко очерченных губ поднялись в короткой усмешке.
«Ну что же, послушаем, что ты мне расскажешь, милейшая госпожа…»
- Доброго вечера, многоуважаемая сэрра Мецкэнетт из дома Ксеф’Хаир, - Кийтал шагнул к гостье. Изысканный, безупречно исполненный церемонный поклон. - Рад видеть вас в мастерской «Ткущие мрак». - вежливо-учтивая улыбка тронула точеные губы потусторонней твари. Тщательно выверенный жест в сторону свободного кресла, распылавшегося по другую сторону стола. – Прошу, располагайтесь.
Амальгарх устроился в кресле за столом, привычно сложив ладони домиком перед собой. Тихо клацнули когти, соприкоснувшись друг с другом.
- Чем обязан вашему визиту

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

Наконец ожидание было прервано. Мец даже не особенно ожидала, что ей повезёт, и на неё и впрямь выкроят время так скоро, учитывая незапланированность визита.

— Мэтр Наршерри, — неспешно поднявшись, эльфийка вежливо склонила голову; хотя то напоминало скорее кивок. Разбросанные по разным мирам родословные эльфийсков родов требовали знания отдельной науки, чтобы меряться в высоте и знатности, а Ксеф’Хаир была с детства научена даже при всех прочих равных считать себя выше.

Проследовав за хозяином в кабинет, она лишь бегло скользнула по обстановке взглядом – ни изящество интерьеров, ни обширность книжных хранилищ не были в списке того, что могло впечатлить вампиршу. Не было и возможности разглядеть что-то примечательное в оставленных на столе документах, и оставалось лишь в мыслях отметить комфорт нахождения в обществе условно-родственном: по крайне мере комнату не заливал подчинённый нуждам слепоглазых и боязливых хомо срезмерный световой поток.

— Не стала бы тратить время, если бы не по делу, — не уточняя, правда, своё или его, — А потому позвольте сразу перейду к нему.

Время мысленно отрепетировать речь у неё было.

— Смею предположить по скорости вашего прибытия, что с понятием геосигиллитных реликвий вы знакомы, как и осведомлены о крайней… дискуссионности их подлинности. А потому и объяснять ценность нахождения вероятного оригинала мне не придётся. И уверяю, образец, о котором мне известно, не имеет отношения к из выставленному в музеях милому мусору.

Упырица чуть склонила голову набок.

— Думаю, вы понимаете, что в силу конфликта интересов я не могу раскрыть вам ни информации о текущем расположении артефакта, ни о его состоянии или источниках моих данных о нем. До момента, как мы заключим соглашение, само собой. Сейчас же могу просить лишь верить мне на слово.

У неё, конечно, были на примете и другие варианты, кроме владельца мастерской. И хоть этот вариант был интереснее прочих, всё же Ксеф’Хаир пришла предлагать, а не просить.

— Так или иначе, я считаю полученные сведения достаточно достоверными, чтобы рискнуть и отправиться на поиск этой скрижали. Видите ли, нахожу невероятно несправедливым, если столь бесценная находка останется без назначенной стоимости, — кажется, это была шутка.

— Однако ввиду древности лет и текущих условий, гх-м, хранения, есть основания полагать, что артефакт может быть нестабилен как физически, так и не уровне Плетений. Не говоря уже о том, что подобная технология считается на одну половину утерянной, на другую выдуманной, и сам принцип действия реликвии может быть крайне не очевиден. Для меня, я подразумеваю.
Потому, мэтр Наршерри, я вижу необходимым отправиться на поиски в обществе действительно толкового артефактолога. Оценка подлинности, принципа работы, методов арканной консервации для транспортировки - и все прочие пункты в списке полевых работ, вы знаете.
Расходы и риски я, конечно, покрою. Хотя вам, надо думать, будет куда важнее возможность лично ознакомиться с этой технологией. Про использование данных для воспроизводства, конечно, придётся на некоторое время забыть - видите ли, перед тем, как находка перейдет в статус общественного достояния, пройдёт очень неопределённое время. Это мы обсудим отдельно.

Мецкэнетт внимательно посмотрела на собседеника. Хорошо бы не слышать отказа. Иначе для безопасности придётся тратить время уже на угрозы, а на чужой территории это всегда так несподручно, ещё и одной.

— Боюсь, не могу предоставить вам много времени на раздумья. Видите ли, на достоверность сведений указывает и то, что ими заинтересованы… другие организации. И ловить шанс нужно на опережение. Поэтому ваш ответ, господин Кийтал, я бы желала получить сегодня.

[Кийтал]

Амальгарх не торопил гостью, но и не собирался тратить на нее слишком много времени, в особенности, если окажется, что ее заказ не представляет для него ровным счетом никакого интереса. Да, тварь Предела была чрезвычайно выборочна при рассмотрении заказов и предложений, обращенных непосредственно к ней и требовавших именно ее знаний и умений. Не имея ни финансовых затруднений, ни недостатка в клиентуре, белесый хищник отказывал весьма и весьма непринужденно даже высшим иерархам Ядра, при этом всегда четко и ясно аргументируя свой отказ. В некоторых, исключительных, случаях, он мог перенаправить заказчика к некоторым своим коллегам. А мог, что бывало гораздо чаще, просто отказать без каких либо рекомендаций и советов.
И сейчас, чуть склонив голову к плечу и сложив ладони перед собой домиком, измененный, прикрыв глаза, слушал рассказ своей условной родственницы, укутавшись шелковым покрывалом собственных иззелена-черных волос, небрежно рассыпавшихся по плечам.
Вступление было… интригующим. А вот последующие условия заставили тварь мысленно скривиться. Покупать кота, вернее аномалию, в мешке ему не хотелось совершенно, равно ка и мчаться к творцу на рога, которые могли оказаться такой жопой мира, из которой и выбраться порой бывало весьма затруднительно, в силу индивидуальных особенностей оной.
- Да, я знаком с понятием геосигиллитных реликвий. – прошелестел амальгарх, откидываясь в кресле и переводя взгляд на эльфийку. – Равно как и спорах., касающихся подлинности таких вещиц, которые на поверку оказываются обычным, ничего не стоящим мусором. Впрочем, порой среди таковых артефактов попадаются действительно стоящие.
«Значит, та вещь, о поисках которой ты просишь, не имеет отношения к тому мусору, что выставляется в большинстве музеев под видом древних реликвий. Забавно. И ты желаешь ее заполучить, при этом хочешь, чтобы я заключил договор вслепую. Нагло, красавица. Весьма нагло с твоей стороны, особенно, если учесть, что тебе известны мои расценки и условия.»
- Значит, вы предлагаете мне верить вам на слова, сэрра Мецкэннет. – тихий, бархатный голос твари, напоминающий интонациями мурлыканье фернианской карсы, заполнил образовавшуюся паузу. Амальгарх не спешил продолжать разговор, привычно прикидывая возможные последствия как своего согласия, так и отказа от предложения условной родственницы. При этом последствия отказа его интересовали куда как больше. – В силу конфликта интересов мне крайне интересен вопрос, что вы станете делать в случае моего отказа?
«Ты ее хочешь прикарманить себе. Понимаю… я бы на твоем месте сделал так же, дорогая родственница.»
Тонкие ноздри амальгарха трепетали, раздуваясь, показывая, что он воспринимает окружающую действительность не только зрительно, но и сквозь призму запахов. И сейчас порождение Предела ощущала едва уловимый шлейф крови, витавший вокруг эльфийки.
- Конечно, сэрра, я знаю, что действительно древние реликвии не сохраняются в первозданном виде. Всегда имеются нарушения. – уголки губ измененного приподнялись в мимолетной усмешке. – Так что ваши предположения и опасения оправданны.
Тварь умолкла, погрузившись в раздумья и не торопясь давать ответ гостье. Размеренно щелкали, соприкасаясь друг с другом, когти, когда Наршерри разводил ладони чуть в стороны, чтобы спустя пару мгновений вновь сложить их домиком. Предложение Мецкэннет Ксеф’Хаир с одной стороны было весьма интригующим, но с другой тревожило его собственные инстинкты, которые требовали от белесого хищника соблюдать осторожность. Но и возможный куш не стило сбрасывать со счетов. Что же касалось воспроизводства реликвии, если таковое вообще будет возможно, то именно в этой стороне вопроса тварь не всегда была заинтересована.
- Значит, реликвией заинтересовались другие организации… Кхм… - когти с резким щелчком соприкоснулись друг с другом. - Это может усложнить поиски… но в целом… все возможно.
Амальгарх, почувствовав пристальный взгляд эльфийки, вскинул голову, поймав ее глаза своими, темными, ничего не выражающими глазами, на дне которых вспыхивали изумрудные угли. Он помолчал, продолжая прикидывать возможные последствия и не спеша озвучивать свое решение.
Тварь сомневалась в целесообразности своего согласия, а потому медлила с ответом. И все же…
- Я возьмусь за поиски артефакта, сэрра Мецкэннет. – фраза шорохом шепота слетела с губ Наршерри. – Но… - изменённый помедлил. – Свои окончательные условия я озвучу после ознакомления с документом.

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

Вопрос про отказ заставил Мец лишь чуть дернуть краем губ.
— Вы не единственный артфефактолог, обладающий нужной квалификацией. Ваша, будем честны, даже весьма избыточна для этого дела. Не скрою, мне было бы интересно поработать именно с вами, — потому что настоящий её интерес и расчет выстраивался так, что эту самую квалификацию может даже не выдастся случая применить, — Но если решительно откажете, так уважу решение и обращусь к иным. Или же рискну и понадеюсь. что для транспортировки хватит и моих знаний.
“И ты артефакт не увидишь ещё примерно никогда” — промелькнуло между строк. Древнейшая манипуляция страхом упущенной выгоды. Хотя и правда имеющая под собой основания.
— Но в худшем случае всё, что вы потеряете, это время. Большая ли цена для нас? — Ксеф’Хаир пожала плечами. Точно не для неё. — Моя же признательность от успеха зависеть не будет.

Ответа она ждала спокойно, ничуть не нервируясь раздражающим клацающим звуком когтей. Нервозность это вообще почти всегда выбор, когда сердце у тебя выключено почти со всей прочей физиологией. Хотя дыхание упырица для приличия всё же имитировала, пусть воздух ей и нужен был только для того, чтобы прогонять его через голосовые связки.

Наконец артефактолог всё же согласился, и на базальтово-сером лице впервые отразилась какая-то тень удовлетворения.
— Рада слышать. Что ж, прошу, прошу, — эльфка положила на стол аккуратно сшитую папку распечатанных листов мелкобуквенного договора, вынутого из небольшого кейса. Даром что прожила большую часть жизни вдали от Шантира, вампирша выучилась быть предельно ортодоксальной в вопросах любого лишнего взаимодействия с “цифрой”, чтобы не плодить себе лишние хвосты. — Хотя я, конечно, нахожу всю эту волокиту утомительной. Бумага мало от чего на самом деле защищает, не правда ли?

А вот тот, кто документ составлял, бумажки явно любил. Может, съел на них болонку-другую. Формулировки там были такие тяжелоканцеляритские, длиннострочно размытые и изворотливо бессмысленные, что чтение документа само по себе представляло наказание для того, что дерзнул этим заняться. Намётанный глаз особенно бы выделил эти пункты:

«…3.3.1. Исполнитель принимает на себя обязательство передать Заказчику Объект оценки, а равно всякие производные технические и аналитические материалы (см. п.3.3.4), при этом признаёт за Заказчиком исключительное и безусловное право на их временное (до наступления условий, определяемых исключительно усмотрением Заказчика) удержание в целях обеспечения соответствия дальнейшего научного и торгового оборота положениям настоящего соглашения.»

«…3.7.4. Предоставление Исполнителю физического или дистанционного доступа к Объекту осуществляется Заказчичиком исключительно в порядке, объёмах и временных интервалах, определяемых Заказчиком по собственному усмотрению.»

«…4.2. Исполнитель подтверждает согласие на применение к сведениям, полученным им в процессе взаимодействия с Объектом, режима предельно широкого ограничения распространения, включая, но не ограничиваясь, запретом на обсуждение условий Соглашения, факта существования Объекта, а равно факта собственной осведомлённости о нём, вне зависимости от формы, намерения и степени конкретизации раскрываемых им сведений. Исключением считаются случаи, прямо санкционированных Заказчиком в письменной или приравненной к таковой форме.»

«…4.3. Нарушение п.4.2. считается состоявшимся даже в случаях неумышленной передачи сведений, равно как и при их интуитивном выводе третьими лицами на основании поведения Исполнителя.»

«…5. 2. 2. Исполнитель обязуется воздерживаться от любых действий, направленных на самостоятельное подтверждение происхождения, культурно-исторической значимости или рыночного потенциала Объекта посредством обращения к сторонним структурам, в том числе научным, оценочным, архивным или иным, если такие действия могут привести к нарушению стратегического плана реализации, определяемого Заказчиком.»

«…7.4.1. Заказчик не несёт ответственности за любые физические, ментальные, энергетические или арканные повреждения, понесённые Исполнителем в связи с выполнением Соглашения и взаимодействий с Объектом; Исполнитель подтверждает принятие указанных рисков как неотъемлемой части процесса.
7.4.2. Исполнитель подтверждает понимание того, что потенциальные риски воздействия Объекта «не подлежат предварительной оценке в силу своей непредсказуемой природы» и принимаются им добровольно.»

«…9.6. Нарушение Соглашения Заказчиком компенсируется выплатой в разумном и определяемом ею же размере, что считается исчерпывающим способом урегулирования и не подлежит пересмотру в каком-либо порядке.»

И таких крючков было еще немало. Вроде бы ничего такого, и каждый день люди не глядя нажимают галочки на куда более беспощадных пользовательских соглашениях, но всё же пунктов про права Исполнителя было как-то совсем скромно отсыпано.

[Кийтал]

Тварь усмехнулась в ответ на слова почти родственницы. Только вот по ее кривящимся губам невозможно было определить, позабавили ли ее слова эльфийки, расстроили или же, наоборот, разозлили. Потусторонний хищник прожил долгую и весьма насыщенную жизнь, приучившую его не принимать сразу на веру сказанное, пока оно не подкреплено соответствующим намерением. Да и намерения не всегда подтверждали сказанное.
- Верно, не, единственный. – тихо клацнули когти. Наршерри на мгновение замер, лениво царапнув когтем темную бровь, словно приглаживая и без того идеально лежащие короткие волоски. – Запас карман не тянет, сэрра Ксеф’Хаир. Я предпочту, чтобы моя, так называемая избыточная квалификация не пригодилась, нежели обнаружить в самый неподходящий момент, что моих знаний и умений не хватает, чтобы должным образом исследовать и доставить заказчику артефакт.
И снова короткая усмешка тронула губы измененного. Амальгарх, привыкший воспринимать окружающую реальность не только при помощи зрения, но и сотен оттенков звуков, запахов и прикосновений, слышал мельчайшие изменения в интонации голоса своей гостьи. И промелькнувшее между строк невысказанное суждение не осталось им незамеченным.
«Я живу так долго, красавица, что понятие «упущенной выгоды» перестало что-либо значить для меня. Всех денег не заработать, и всех артефактов не найти и не изучить. И да, я могу позволить себе отказаться от поисков безделушки и при этом не скорбеть о том, что мои счета не пополнятся на энную сумму интеров.»
- Верно, если окажется, что реликвия всего лишь дым, я только потеряю время. – кивнул амальгарх, вновь складывая ладони домиком. – Но это время вам придется оплатить мне, госпожа.
Откинувшись в кресле, порождение Предела, склонив голову, с некоторой долей любопытства, которое едва ли можно было заподозрить на отрешенном лице, наблюдал, как эльфийка перебирает документы в своем кейсе и как выкладывает на стол пухлую папку с ворохом документации.
Коротко хмыкнув, Наршерри придвинул папку к себе и, раскрыв ее, углубился в чтение договора. Тварь не торопилась, внимательно вчитываясь в строчки убористого текста, являвшегося поистине вершиной юридического творчества и способного вогнать в ступор любого, кто рискнет разбираться в хитросплетении канцеляристкой и юридической терминологии. Только вот продираться сквозь расплывчатые формулировки амальгарх не собирался, предпочитая отдать эту честь тем, кто на подобном поднаторел гораздо лучше его самого.
- Ну что же, многоуважаемая сэрра Ксеф’Хаир… - Кийтал перевернул последний лист и закрыл папку, подняв задумчиво-насмешливый взгляд на почти родственницу. – Крючкотворство ваших юристов восхитительно и вызывает во мне совершенно искреннюю зависть, ибо сам я на подобное неспособен. Однако, с прискорбием вынужден сообщить, что сие юридическое творчество в том виде, в каком оно есть сейчас, я не подпишу. – кончик когтя коснулся кнопки коммуникатора, утопив ее в корпус. – Мэтр Ашназаи, зайдите ко мне.
Прошло всего несколько минут и, дверь отворилась, пропустив в кабинет высокого темноволосого полукровного эльфа, затянутого в дорогой корпоративный костюм классического кроя.
- Милорд Наршерри, - короткий приветственный кивок был адресован сидевшему за столом амальгарху. Повернувшись к гостье, Ашназаи повторил поклон, сопроводив его словесным приветствием. - Сударыня. – выпрямившись, полукровка осведомился. – Чем могу служить?
Потусторонняя тварь не спешила передавать папку Ашназаи. Вскинув голову, Наршерри внимательно посмотрел на Мецкэннет и тихо проговорил.
– Вы же понимаете, что если за дело возьмутся мои юристы, то подписание договора затянется на неопределенное время… – он пошкрябал когтем бровь. – Либо же…
Вынув несколько листов дорогой марочной бумаги, амальгарх быстро набросал новую версию контракта. Он писал сразу чистовик, без помарок и изредка лишь задумывался над формулировками, а когда закончил – положил документ перед своей почти родственницей.
На двух страницах, изящным и витиеватым почерком было сформулировано соглашение, по которому предмет договора оставался неизменным, но все было изложено в простых и прозрачных терминах, столь нехарактерных для избыточного контрактописательства корпоратов Нгеталя.
Обязуясь добросовестно выполнить свои обязательства, Наршерри оговорил свой гонорар и сроки выплаты, и выдвигал встречные запросы - расходы на транспортировку на заказчике, все сопутствующие расходы на нанимателе, эксклюзивное право исследования артефакта. Позаботился он так же о себе - простом артефакторе с возможно избыточной квалификацией: запросил страховку на время действия контракта и обеспечение собственной безопасности во время экспедиции, а заодно - компенсацию обоснованных расходов. Бумага получилась учитывающей интересы обеих сторон, и, хотя была лишена миллиона крючкотворных лазеек, оговаривала порядок разрешения споров, определяя контракт под юрисдикцию Нгетальских гражданских судов. Если не было желания устроить дуэль юристов, то документ был довольно справедливым для обоих. Такие договора обычно звались "Гаэльским правом" - когда создается простой документ, а споры разрешаются в рамках здравого смысла, не создавая пляски вокруг тонкостей многозначительных формулировок. Торговаться о стоимости своих услуг Кийтал Шарх Наршерри не собирался, о чем уже предупредил эльфийку.
- Итак, сэрра Ксеф’Хаир, ваше решение?..

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

— Но это время вам придется оплатить мне, госпожа.
— Назовите цену. — деньги всегда были самой простой и беспроблемной опцией отмахнуться от проблемы.

На вошедшего прислужника Мец бросила только короткий безразличный взгляд.

—Если за дело возьмутся ваши легисты, пункт о неразглашении можно считать превентивно нарушенным, — невозмутимо заявила вампирша. Напугал жопу пальцем, ей богу.

К торгам и уступкам она изначально была готова. Как известно, лучшая сделка - та, в которой обе стороны уверены, что наебали друг друга. Предложить заведомо менее выгодные условия, чтобы оппонент почувствовал себя победителем, выбив для себя базовые права – всего лишь часть обыденной нгетальской бизнес-пляски. Вроде как действующая на уличных рынках традиция заломить цену повыше, чтоб потом сбить себе не в убыток.

Однако бесхитростность последующего предложения обескуражила.

Мец взглянула на артефактолога иначе. Все эти ужимки, пляска ухмылок под токатту клацанья когтей да мусоленья бровей уже успели было убедить её в мысли, что выбор был дурным, и с этим угрём ей не по пути. Но внезапная прямота и простота предложения переменили настрой. Вызвали… уважение? Мец, аккуратно выражаясь, вообще была несколько простовата нутром для представительницы своего рода. Эдакая секира среди скальпелей. И ей самой прямота импонировала куда больше изворотливости тридцатитрёхдонных соглашений.
То есть, наверное, в этом конечно же было какое-нибудь традцать четвёртое дно тоже, но да куда без этого. Но, взяв в руки бумагу и убедившись, что самые важные для неё пункты о секретности с бумаги не испарились, вампирша бросила на эльфа задумчивый взгляд, кивнула и поставила подпись.

— Идёт. Обойдемся без плевков на ладони? — впервые позволив себе подобие улыбки, Мецкэнетт поднялась и протянула руку для пожатия. Предварительно нагрев в ней кровь.

***

— Отошлите своего слугу, будьте любезны. Надеюсь, вы понимаете, что всё сказанное далее будет попадать под соглашение о неразглашении? — Ксеф’Хаир не вернулась в кресло; вместо того, скрестив руки, прошлась по кабинету, разглядывая книги, — Судя по имеющимся данным, артефакт уже как минимум несколько людских поколений передаётся как реликвия в одном из усурэйских племен. Как изначально там оказался - не спрашивайте. Но кто-то из местных ведунов, как я понимаю, разгадал способ обращения. И, увы, выменять его на стеклянные бусы не выйдет.

О том, как артефакт всё же планируется добывать, некромантка умолчала.
Умолчала она и о том, что именно текущее расположение скрижали и было подспудной причиной обращаться к сторонним услугам. Вот так до безобразия банально и просто: даже самые тёмные ночи Усурэ для вампирши попросту слишком светлы, чтобы действовать в одиночку.

— У меня имеется предоплаченный портал на ту сторону; выдвинуться я предлагаю так скоро, как это возможно. Назначайте время. Мне на подготовку необходимо пятнадцать часов. Отправляемся налегке. Переправа в мир шестого порядка транспорта более сложного, чем сани… Хотя о чём это я? Владельцу артефакторной мастерской это ведь не будет преградой, — эльфка непределённо крутанула рукой, — И, учитывая местный, менталитет… Действовать, вероятно, придётся экспромтом. Упражнялись когда-нибудь в сочинении мифов, мэтр Кийтал?

[Кийтал]

Продолжая писать, амальгарх поднял голову, коротко взглянув на эльфийку.
- Конечно, я назову. – и он продолжил выводить строчки нового контракта четким, витиеватым и архаичным почерком.
Он выпрямился, откинувшись в кресле, когда положил законченный договор перед гостьей. Прозвучавшая фраза ничуть не удивила его. Тварь лишь улыбнулась, чуть склонив голову. И весь ее вид говорил: «Мои юристы с легкостью оспорят этот пункт, ты же понимаешь. Нет ни конкретного артефакта, ни его характеристик. Сейчас мы говорим всего лишь о некоем сферическом объекте в сферическом вакууме. Обезличенном объекте. Не будь слишком умной, иначе станешь круглой дурой, дорогая родственница.»
Документ лег на стол перед Мецкэнет, а измененному теперь просто оставалось подождать, когда она ознакомится с ним и озвучит свое решение.
И тварь Предела ждала, удобно откинувшись в кресле и прислушиваясь к тому, что доносили ее «сенсоры»: шорох бумаги, шелест ткани, дыхание, к которому примешивалось размеренное биение сердца, стоявшего у стола Ашназаи. Тонкие ноздри белесого монстра дрожали, раздуваясь, когда он отфильтровывал запахи, висевшие в воздухе.
Удивление, с толикой уважения, промелькнуло в скудных эмоциях госпожи Ксеф’Хаир. Скрип ручки по бумаге, когда гостья поставила подпись. Амальгарх текуче поднялся из кресла, выпрямляясь. Когтистые пальцы бережно сжали руку эльфийки, скрепляя сделку.
- Конечно, - улыбнулся Наршерри, поставив витиеватую подпись в договоре, после чего жестом отослав прочь юриста. – Итак, полагаю, теперь я услышу подробнее об экспедиции и артефакте. – устроившись в кресле и подождав, пока за Ашназаи закроется дверь, проговорил измененный. – Я весь внимание, сударыня.
И да, конечно, он все понимал. Неразглашение. Секретность. По сути, какая же это все чушь. Чушь, не стоящая ни его усилий, ни его времени. Ну, уплывет артефакт из его рук… Будут другие, еще интереснее и заковыристей. Или же он просто подождет, когда подвернется подходящий случай, чтобы заполучить безделицу. В любом случае время играло на него. Только вот почти родственнице об этом знать было необязательно.
Склонив голову к плечу, тварь Предела внимательно слушала пояснения эльфийки, дополняя выстраивавшуюся картину в своем сознании тем, что доносили ему его «сенсоры». И картина вырисовывалась весьма занятная. Но при всем этом его радовал тот факт, что лететь нужно было на Усурэ, находившуюся рядом с его основной норой. А это в некоторой степени развязывало амальгарху руки.
«Гаэль. Великолепно. Значит, Лойре будет отправлена туда и сможет легко перебросить меня в мои руины, когда в том возникнет необходимость.»
- Да обычно он там оказался. Кто-то у кого-то украл безделушку, потом кто-то прибил нового хозяина и забрал реликвию, чтобы глупо ее потерять где-нибудь в лесу. – тварь пожала печами, криво усмехнувшись. – Как бы то ни было, сейчас не время выяснять, как она оказалась в одном из усурэйских племен. – А вот то, что они знают, как работает артефакт… это намного хуже, ибо затруднит нам работу. Впрочем… реликвию всегда можно просто выкрасть. Было бы желание. И возможности.
Ночи Усурэ. Слишком светлые даже для него, привыкшего к прохладной тьме доменов Предела. Но и это не являлось для твари преградой, чтобы заполучить то, что он хотел.
- Проплаченный портал. Что ж, замечательно. – кивнул измененный. – Полагаю, частная площадка? Отлично, это избавит от лишних любопытных глаз и ушей. – он кивнул. – Я прибуду к портальным воротам в срок. – короткое пожатие плечами. – Налегке, так налегке.
«Девочка, я могу посадить на этот шарик неповоротливый грузовоз и об этом не узнает ни одна живая душа».
- Не будет преградой, вы правы, сэрра Ксеф’Хаир, - учтиво склонил голову Кийтал, усмехнувшись. Влажно блеснули кончики острых клыков. – У меня имеется опыт посещений Усурэ.
«Я сам в некоторой степени миф, драгоценная…»
***
Амальгарх прибыл даже раньше назначенного времени. И как было договорено – налегке, если не говорить о рюкзаке и оружейной сбруе, скрывавшейся под черной курткой. Тварь выглядела так же, как и встретила нежданную гостью половину суток назад. Черные майка и штаны-карго, шнурованные берцы с высоким голенищем на рифленой подошве. Разве что свои длинные волосы измененный заплел в тугую косу.
Межпланетная площадка встретила его сумрачной тишиной, резной аркой портальных ворот, увитой искусственным плющом и скучающим служкой, подскочившим со своего места, стоило твари Предела ступить на мраморный пол.
- Доброй ночи, уважаемый. – проговорил Наршерри. - Частный портал на двоих, заказчик Мецкэннет Ксеф’Хаир. Внесена предоплата.
Дежурный - высокий, худой парнишка из человеков уткнулся в книгу заказов, забегав пальцами по экрану монитора. Амальгарх не мешал, терпеливо ожидая результата. Но вот остроконечное ухо дернулось, уловив посторонний шорох. Порождение Предела замерло, раздувая ноздри, а спустя секунду развернулось, уловив знакомый запах.
- Сударыня. – Кийтал приветственно улыбнулся, шагнув навстречу эльфийке. – Доброй ночи.

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

Мецкэнетт явилась в залу портальной площадки за десять минут до условленного срока. Контрастируя с дорогой строгостью вчерашнего делового костюма, теперь её одеяние демонстрировало готовность к визиту на примитивный мир: грубая шерсть плаща с капюшоном накинута на куртку и штаны из состаренной вощёной кожи, подбитые меховым подкладом. Занятно, что на Нгетале добыть эту одежду стоило куда дороже, чем пошить корпоратский пиджак.
И это даже не беря в расчет скрытого под этой верхослойной мимикрией тонкого прочного комбинезона из многослойного полимерного композита, отсекающего ультрафиолетовый спектр; необходимая мера для выживания кровососа, вынужденного гулять под светом ночей чужих высоких широт. На сгибах комбеза – гибкие сочленения из кевларовой сетки, на груди и спине – пластины из углекерамики, способные выдержать удар топора или случайную стрелу. Ни к чему лишний раз расходовать силы крови на регенерацию.

Вампирша оценивающе окинула взглядом служку, его суету, и лишь затем перевела внимание на артефактолога. Его пунктуальность была хорошим знаком. Дисциплина ей нравилась.
— Доброй ночи, мэтр Наршерри, — кивнула она в ответ, голос был ровным и низким, без намёка на усталость. — Вижу, вы цените время. Это похвально.
Она сделала паузу, оценивающе проскользив взглядом по его фигуре: явно современная выделка кожи, производственная ткань, далеко не ремесленного кроя обувь. И всё такое… лёгкое. Уголки её губ чуть дрогнули, не в улыбке, а в выражении скепсиса. Даже если эльф будет молчать, весь вид его будет просто вопить о пришлости,
— Не посмею позволить себе усомниться, что о климатических и культурных особенностях этой луны вы осведомлены. Однако… Полагаю, вам не хватило времени на сборы?
Немёртвая эльфка скрестила руки на груди. Что ж, сроки действительно были сжатыми, и винить хозяина мастерской тут было не в чем. Самой ей, конечно, не близящийся к абсолютному нулю холод был не так страшен, но ведь и вопрос был не в комфорте, а в выживании и неприметности.
— Вам понадобится моя помощь? Или… — Мец изучающе прищурилась, — У столь опытного путешественника, конечно же, есть свой план, как вписаться в пейзаж, где самым сложным механизмом является колодезный журавль?

***

— Портал активирован по маршруту, - спустя время подал голос дежурный работник, — Координаты заданы на северное полушарие Усурэ. Погода на стороне приёма: минус семь по Цельсию, ясно, ветер юго-восточный, 5 метров в секунду, местное время - 16:42.
— Идёт, — коротко бросила эльфка, глядя, как пространство в арке уже искажается и вихрится фракталами, а затем повернулась к напарнику, проверяя, насколько его устраивают условия, — Координаты заданы на удалённый район в лесной местности, до целевого поселения — около часа пешим ходом. Если повезёт, встретить аборигенов сразу после перехода мы не должны. Однако, они… наблюдательны. Есть вопросы?

[Кийтал]

Тварь криво усмехнулась, проследив скептически оценивающий взгляд, которым эльфийка окинула и его, и ту одежку, которая была на нем надета. О, да, она понимала те чувства, что испытала почти родственница. И даже могла сказать, какие мысли вертелись в этот момент в ее красивой головке, учитывая, что летели они на луну, жители которой ни сном, ни духом не ведали о том, насколько огромно Ядро.
Впрочем, амальгарха совершенно не беспокоили ни скепсис госпожи Ксеф’Хаир, ни ее возможное недовольство. Куда больше его заботило собственное неведение. Белесый хищник не знал ни куда они направляются, ни что они, собственно, ищут. И это раздражало тварь куда как больше, нежели несоответствие собственного вида ожиданиям клиентки и уровню развития жителей Усурэ. Последнее как раз было легко исправимо.
- Время течет, словно песок сквозь пальцы, госпожа. – шепнул измененный, прислушиваясь к возне дежурного, делавшего последние настройки портала. – То, что вытекло, уе е воротишь. Даже бессмертным не дано вернуть утерянные минуты. Время бесценно, сударыня. - Тварь помолчала, окинув взглядом эльфийку. Потом продолжила. – Я осведомлен об особенностях Усурэ. – амальгарх позволил едкой усмешке скользнуть по своим губам, чуть приоткрывая кончики острых клыков. – Дополнительная помощь не требуется.
Короткое прикосновение к скрытым арканным вязям, окутывавшим потустороннего хищника, и его одежда поплыла, изменяясь. Прошло совсем немного времени, и Шарх почти неотличим от своей спутницы. Плащ из грубой шерсти, штаны и куртка, подбитые мехом, и соответствующая общему виду обувь. На мгновение в когтистых пальцах мелькнул нож, и спустя мгновение тяжелая коса упала на пол, а тварь встряхнула головой, рассыпая обрезанные по шею волосы и скрывая под ними самые обычные человеческие уши. Короткий щелчок пальцев, и коса рассыпалась пылью, едва коснувшись каменного пола.
- Надеюсь, такой вариант вас устроит. – усмехнулся амальгарх, направляясь к сияющей портальной арке. – Идем, время уходит. А вы, насколько я помню, хотите добраться до места первой.
«А, аборигены… они всегда наблюдательны. Но в тоже время их всегда можно обмануть.»
Наршерри замер возле сияющего всеми цветами радуги портала. Короткая сводка, сказанная дежурным, вызвала у твари короткую усмешку. Их, по всей видимости, ожидала зима. Только ни одна зима планет Ядра не могла сравниться с потусторонним холодом Предела, вымораживающим самую суть тех, кто населял его бескрайние просторы и домены.
Он шагнул в сияющее окно первым, едва эльфийка приблизилась.
…Следующий шаг он сделал уже в окутанном снегом лесу.
Снежные хлопья лениво кружили в уже начавшем темнеть небе, оседая на мохнатых еловых лапах, шапках сугробов и отороченном мехом капюшоне, который амальгарх натянул на голову так, чтобы скрыть лицо и сохранить тепло, не давая морозному воздуху коснуться обнаженной кожи. Послышался скрип снега под сапогами появившейся рядом эльфийки. Пожалуй, тихое поскрипывание сухого снега было единственным звуком, который окутывал пришельцев из другого мира.
Замерев, тварь Предела настороженно прислушивалась, вычленяя из окружавшей их тишины мириады различных, даже самых тихих звуков. Тонкие, причудливо вырезанные ноздри раздувались, отфильтровывая сотни запахов, выискивая среди привычных лесу запахов, тот единственный, который сообщит о нахождении поблизости посторонних. Разумных. Тех, кто живет здесь на протяжении многих циклов.
- Мы одни, драгоценная. – наконец, заговорил Наршерри, развернувшись к Мецкэннет. – Аборигенов поблизости нет. – он задумчиво царапнул ногтем бровь. – Но прежде, чем мы двинемся к поселению… - измененный вскинул голову, вглядываясь в лицо почти родственницы. – Я хочу знать, что мы ищем и где предположительно находится артефакт.

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

Внезапные рассуждения артефактолога о хронотических природах мало заботили вампиршу, если только не являлись предисловием перед использованием какого-нибудь времяпетлящего маховика. Но нет.
“И кто чьё время сейчас тратит?”
Однако же примененный эффект был куда уместнее слов. Эльфка быстро уловила мелькнувшее в пальцах движение, волшебный перелив ткани, следовавший за прикосновением к невидимым нитям магии. За трансформацией Мец наблюдала без восхищённых ахов - она и сама владела кое-чем из похожих фокусов, вот только поражённое вирусом немёртвое тело сопротивлялось изменениям слишком активно, чтобы оттачивать дальше мастерство.
И только когда лезвие без колебаний вдруг резануло косу, и черно-зелёные волосы упали на камень, на лице промелькнула оторопь. Решительный жест. Странный. Почти неуместно драматичный в своей нарочитой небрежности. Где-то в глубинах сознания, куда столетия назад впитались все базовые эльфийские традиции, шевельнулось смутное недоумение. К чему это, если магия бы укоротила космы точно так же, как уши? Для всякого эльфа, кроме совсем уж оторвавшихся от корней, волосы были не просто украшением, а частью истории, идентичности. Традиция имела сложные истоки, у каждого народа свои, но почти для любого дитя Претечей отрезать косы, будто это какая лишняя ветка… это говорило либо о полном безразличии к условностям, либо о такой прагматичности, какой отличается варвар.
Хотя их маленькая миссия ни в каком раскладе таких театральных жестов не стоила. Мужи холодной луны не то что бы часто в барбершопы заглядвают.
“Интересно, он потом будет их снова по-честному пяток лет отращивать, или просто магией вернёт? Если так, то и цены в них изначально не больше, чем в тех шевелюрах, какие наращивают на полысевшие головки городские девки, а значит, и резать не страшно”
Вслух на, конечно, ничего из этих измышлений не высказала, и только сдержанно кивнула.
— Ловко. А то ваших братьев по цеху часто отличает… небрежение к мирским заботам.
“Голову раз в две недели если вспомнят оторвать от чертежей и помыть - уже молодцы. Может, этого тоже просто расчёсываться заколебло?”

***

Холодный, хрустально-звонкий воздух Усурэ ударил в лицо, почти насильно пробрался в нос горечью морозной хвои. Разлитый же в ночи свет, отражаемый снегом, хоть и должен был блокироваться одеждами, все равно будто отравлял саму атмосферу луны, подтачивая вампирские силы. Противно. Терпимо. Некромантка мельком огляделась, оценивая рельеф заснеженной чащи, укрытия, направления ветра. Не то чтобы эта информация могла много ей дать - эльфийка не была следопытом, но эта скудная информация была всем, на что можно было опираться.
— Они редко заходят в эту часть лесов, хотя точные причины не описаны, - откликнулась она на голос Кийтала. Какая странная уверенность. Разве чувства обычного эльфа должны быть настолько остры, чтобы утверждать отсутствие соглядатаев в новом месте вот так просто? Или то был просто апломб, сиречь выебон?
— Мы ищем стоянку племени Ульвхединн, — начала Ксеф’Хаир, делая несколько шагов по хрустящему снегу, прислушиваясь к своим ощущениям от нахождения в новом мире, к его магическим резонансам. Что ж, когда они здесь, скрывать уже нечего, — Им принадлежат обширные территории, и в зависимости от сезона они перемещаются на разные стойбища. Охотники, следуют за миграцией местных стад.
Она подняла голову к небу, где свет звёзд не был скрыт городскими засветами. На местный север должна указывать зеленоватая звезда в созвездии Альбатроса.
— Она в долине у реки к юго-востоку отсюда, за грядой этих холмов. Племя не самое крупное, хотя в войнах почти не гибнут. На их территории почти не покушаются, - в её голосе послышались отголоски профессионального интереса мага-практика, - Эти леса, особенно в долгую полярную ночь, кишат не просто хищниками. Возможно, где-то здесь истончена Грань, а может, сложились другие условия, но в этом краю вольготно чувствует себя местная нежить. Водятся здесь и духи-подменыши. Местные называют их вейками, но судя по всему это весьма обычные случаи одержимости.
Мецкэнетт вытащила из-под плаща тонкую карту-схему, начертанную на обработанной бумаге. Правда, точнее свериться с верностью места телепортации получится только на более отккрытом участке.
— Мои сведения основаны на отчетах трёх независимых этнографических экспедиций за последние пятьдесят век. В двух их них упоминается “шаманский рунический камень, под которым должно пройти каждому новому воину, каждой привезённой навесте, каждому смутьяну, что разумом смутился, дабы злонравного вейка вычислить, что волю его пожрал”. В третьей миссионер-аккордант пытался вступить с ними в диалог и был изгнан после того, как шаман проверил его своим камнем. Это косвенно, но подтверждает, что артефакт не просто легенда, и он активен.
Алые глаза покосились на спутника из-под капюшона плаща. По крайней мере он вроде бы мёрзнет.
— Куда больше уверенности в этом у меня вызывают сведения из перехваченных отчетов Тэнгу. Кажется, они проявляют к этому региону и конкретному племени повышенный интерес по той же причине. Возможно, наши интересы даже столкнутся, если не повезет. Хотя я уверена, что мы придём первые. Большие организации часто погрязают в неповоротливоти своего аппарата.

[Кийтал]

Конечно, амальгарх заметил и промелькнувшую на лице почти родственницы оторопь, когда коса рассыпалась пылью на каменном полу портального зала, и прозвучавшие слова, в которых ощущались нотки то ли скептицизма, то ли неодобрения.
И уже оказавшись в зимнем лесу, тварь Предела все же сочла необходимым заметить.
- Я не мои братья по цеху. – в тихом голосе измененного совершенно не ощущалось недовольства. – И мне совершенно нет дела до их отношения к мирским заботам.
«Я делаю то, что считаю нужным в конкретной ситуации. А волосы… я давно уже не принадлежу к своему народу, хоть и сохранил привычный с детства облик. И традиции не особо трогают меня.»
Все это Наршерри не стал озвучивать своей почти родственнице, не считая необходимым сообщать ей о своих взаимоотношениях с сородичами.
Встряхнувшись, амальгарх приблизился к Мецкэннет, все же решившей прояснить условия этой странной экспедиции. Он слушал эльфийку, продолжая чутко прислушиваться к ночным шорохам и одновременно сканировать территорию. Аборигенов по близости не было, а вот потусторонняя активность присутствовала, хоть и была сейчас не слишком насыщенной.
«Значит, стоянка племени Ульвхединн… Замечательно. Мало того, что они даже не подозревают о том, насколько огромен мир и как далеко он ушел в своем развитии, так они еще и кочевники. Охренеть… И где искать эти стада?»
Долина на юго-восток. Амальгарх запрокинул голову, вглядываясь в сияющие на темнеющем небе звезды. Сориентироваться не составило большого труда.
- Истончившаяся Грань… Кхм… Очень интересно. – пробормотал Шарх. Зов, тихий, полный жуткой запредельной «музыки», стал ощущаться отчетливей, едва белесый хищник настроился на второй мир, к которому принадлежал уже более двух с половиной тысячелетий. И сейчас этот звук нарастал, призывая тварь вернуться в Предел.
«Записи не врут. Предел здесь ощущается слишком отчетливо. И его Зов невероятно громкий. Слабые не смогут ему сопротивляться.»
- Значит, нам следует быть осторожнее. – кивнул Наршерри, сканируя ближайшие лесные угодья на предмет наличия духов. Любых духов. – Сейчас поблизости нет ни мелких духов, ни подменышей, ни вечно голодных тамагаэ. – он помолчал, потом добавил. – Нам не стоит задерживаться на одном месте дольше необходимого, если мы не хотим привлечь детей Грани.
А вот дальше стало весьма интересно. Рассказ госпожи Ксеф’Хаир пробудил в памяти амальгарха весьма любопытные воспоминания. И чем больше говорила эльфийка, тем нервенней становилось порождению Предела.
«Значит, «шаманский рунический камень»… И булыжник этот определяет одержим разумный духом или же чист разумом. Очень занимательно. И очень невовремя… И очень знакомо…»
- Вот как… В артефакте заинтересован Проект Тэнгу. - задумчиво протянул Наршерри. – Плохо… Но я понимаю их интерес. Камень, по всей видимости, определяет гибридную расу. – тварь задумчиво пошкрябала когтем бровь. – А это значит, что они смогут быстро выявлять одержимых, амальгархов, а также, возможно, что и вампиров.
«Камешек очень напоминает мою собственную экспериментальную разработку, которая была потеряна очень и очень давно. Сейчас я могу написать нужные сигиллы даже на бумажке, и они будут работать. Но тогда… запечатать руны в камне казалось мне оптимальным вариантом».
- Я бы не стал уповать на неповоротливость Проекта. – хмыкнул амальгарх, - когда им что-то очень нужно, они проявляют чудеса оперативности. Нам следует поторопиться, если мы хотим опередить стражей Тэнгу. – тварь запрокинула голову, вглядываясь в темное небо. – Ночь только вступила в свои права, если поспешим, то сможем пройти достаточное расстояние.
«Грань истончается. Скоро лес будет кишеть потусторонними тварями.»
- Не отставайте, госпожа Ксеф’Хаир, - шепнул Наршерри, усмехнувшись. – Завеса вот-вот прорвется. Я постараюсь провести вас по безопасному пути и не затронуть Грани.
А в следующее мгновение амальгарх сорвался на бег.

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

— Да, мэтр, я уже поняла, что вы особенный, — голос звучал ровно, без тени иронии, если не знать её достаточно хорошо, чтобы уловить микроскопическую заминку перед последним словом.

Мец сделала шаг в сторону, к массивному, покрытому инеем валуну, и прислонилась к нему спиной, снимая часть нагрузки с ног. Она смотрела на него с ответным пристальным вниманием - за его жестами, за тем, как он словно прислушивается к чему-то, чего она не могла различить. За тем, как опять чешет бровь. Чего это с ней?

Истончившаяся Грань. Подменыши. Тамагаэ. Духи. Одержимые.

Слова сыпались из него с такой естественной лёгкостью, будто он перечислял виды местных деревьев. Будто для него было совершенно обычным делом стоять посреди заснеженного леса примитивной луны и сканировать окрестности на предмет потусторонних сущностей, будто он какой-то живой потусторонний дозиметр.

Мец чуть склонила голову, позволяя себе наконец ту самую скупую похвалу, которую обычно приберегала для действительно полезных союзников.
— Вы поразительно хорошо ощущаете все тонкости полотна Завесы, — она самой собой не ожидала, что артефактолог окажется ещё и знатоком Грани. Мастером девинации - да, разумеется, но это? — Кто был вашим учителем?
“И почему такой талант не завербовали к себе те же тэнговцы? С тобой что-то точно не так, и чем дальше, тем меньше ты стараешься это скрывать”
Вслух она этого не добавила. Только чуть заметно шевельнулись уголки губ — не улыбка, нет, скорее тень какой-то древней, усталой насмешки, которую вампирша носила в себе уже два столетия.

Она, конечно, и сама намеренно легко относилась к угрозе встретить Проект на их вылазке, дабы не стращать спутника дополнительными сложности. В сущности, её собственная спешка была продиктована именно этой вероятностью, а не страхом, что в укладе примитивного племени вдруг что-то резко изменится.

Следующее предостережение заставило эльфку и саму повертеть головой, прислушиваясь к своим не в пример менее чутким ощущениям магического фона. Только что значит говорил, что всё в порядке, а теперь вдруг рвать когти? С чего вдруг?
Ну да ладно. Стоит поверить.
— Ведите, Кийтал, — произнесла она с безупречной вежливостью. — Вы здесь главный специалист по потустороннему. Я буду следовать. И смотреть в оба.
“И слушать. И запоминать. И составлять список вопросов, которые задам тебе позже. Хотя, возможно, выгоднее будет обговорить это не с тобой.”

Вампир проводила рванувшего с места в карьер артефактолога рассеянно-недоуменным взглядом.
“Какой же он всё-таки странный”
Покачав головой и как-то очень по-живому тяжко вздохнув, Мецкэнетт неохотно побежала следом. Будто парочка на утренней пробежке, ей-богу.

[Кийтал]

- Обычный я, госпожа. – проворчал Наршерри, продолжая прислушиваться к зову Предела, отзывавшегося волной мурашек, стекающей по хребту. - Обычный.
Грань звала его, обещая тишину и покой. А еще безопасность, которая была необходимым залогом спокойной жизни потусторонней твари. «Музыка» манила, только… амальгарх не спешил откликаться на ее призыв. Все это он получит позже, когда окажется в прохладном сумраке собственного домена. Сейчас создавшаяся ситуация требовала его присутствия в реальности.
- Меня хорошо учили, сударыня. – криво усмехнулся измененный, встряхивая головой. – С детства. Мой учитель… один из сильнейших спиритуалистов моего родного клана. Его давно уже нет живых. Он… - острый коготь коснулся, расцвеченного сложным узором татуировки виска. - …здесь. Его знания, его память… всегда со мной.
Тварь оскалилась, показав кончики клыков и более не собираясь комментировать судьбу сородича.
Завеса гудела, потревоженная сонмом духов, уже предвкушавших, как ворвутся в реальный мир, чтобы поживиться беспечными путниками, позабывшими об осторожности.
- Грань непредсказуема, госпожа Ксеф’Хаир, - уже на бегу проговорил амальгарх. – И может измениться в одно мгновение. Именно поэтому я предпочитаю уйти от предполагаемого места прорыва завесы как можно дальше.
«Сражаться с некоторой степени сородичами у меня нет никакого желания. Я не настолько голоден, чтобы прямо сейчас жрать детей Предела».
Амальгарх бежал сквозь утонувший в зимней спячке лес. Инстинкты тревожили разум, нашептывая об опасности. Он легко лавировал между старыми деревьями, укутанными в снежные шубы. И даже снег, сыпавшийся сплошной стеной не мешал ему. Сапоги взрывали сугробы, высушенные морозцем, разбрасывая в стороны фонтаны мерцающих искр. Пелена изморози окутывала гибкую поджарую фигуру потусторонней твари, стекая по неровно обрезанным иззелена-черным волосам и меховой оторочке упавшего на плечи капюшона. Корявые ветви, роняя комья смерзшегося снега, цеплялись за пряди, вырывая шелковые нити. Он не замечал этого, лишь прибавлял скорость, следуя избранному направлению и огибая край звенящей Завесы. Тонкие, причудливо вырезанные ноздри раздувались, отфильтровывая сотни запахов, отслеживая возможных, уже живых, хищников.
А потом его накрыло, скрючивая и утыкая носом в сугроб
Голод... Не его, чужой. Амальгарх ощущал это настолько четко, что во рту чувствовался металлический привкус дымящейся крови. Она завязывала внутренности узлом, скручивала мышцы, поднимая дыбом волосы на загривке. Непроницаемые глаза, затянувшиеся плотной белесой пеленой, сузились. Низкое, кашляющее рычание вырвалось из глотки измененного. В зловещем оскале блеснули клыки. Он напряженно застыл, прижав уши к черепу, чутко прислушиваясь к тому, что слышал лишь он один, и, резко выметнувшись из сугроба, сорвался с места.
- Не отставайте, сударыня. - прошелестел измененный, прежде чем ускориться. - Завесу прорвало. Скоро лес будет кишеть потусторонними тварями.
Наршерри мчался, огибая лохмотья разорванной Грани по широкой дуге и стремясь отдалиться от нее как можно дальше. Ветви хлестали по лицу, цеплялись за волосы, вырывая клочья, царапали кожу. Он мчался сквозь ночной лес, засыпаемый снегом, не разбирая дороги, перепрыгивая через упавшие стволы и продираясь сквозь заросли. С каждым мгновением опасность, смешанная с чудовищным голодом, выдирающим разум, ощущалась отчетливей.
Амальгарх, оглянувшись через плечо, бросил взгляд на бегущую позади эльфийку и, убедившись, что она не отстала, побежал еще быстрее, взрывая мысками сапог рыхлый снег. Неожиданно лес расступился, открывая небольшую поляну, прорезавшую лесную чащобу. В лицо измененному пахнуло едким смрадом потустороннего холода, и он резко затормозил, настороженно озираясь.
Холод, пронизывающий до костей, касавшийся самой сути белесого хищника становился все более ощутимым, постепенно вытесняя зимнюю свежесть, пока не заполнил собой все пространство вокруг амальгарха. Наршерри передернулся, втягивая пропитанный дыханием разорванной Грани ледяной воздух, захлебнулся, судорожно закашлявшись. Затянутые мутной белесой пленкой глаза распахнулись, и тварь Предела нервно провела ладонью по лицу в тщетной попытке избавиться от вязкого «запаха». Только вот… холод никуда не делся. Казалось, он стал еще гуще, еще ощутимей.
Кийтал застыл, не смея пошевелиться, прислушиваясь к ночным шорохам… каковых не было слышно. Вообще. Лес затих в настороженном ожидании. А вот едва уловимое клацанье с каждым мгновением становилось все отчетливей.
Клац-клац… Грх… Клац-клац… Грх…
Что-то приближалось, двигаясь навстречу путникам.
Грх… Клац-клац… Грх… Клац-клац…
Щелк…
Среди переплетенных веток старых деревьев мелькнула косматая шкура, облитая призрачным свечением. Длинная морда, усеянная огромными гнилыми зубами, когтистые лапы. И уродливо зияющая рана, сквозь которую виднелись белоснежные ребра. Ошметки шкуры свисали клочьями. Тварь медленно приближалась к замершему на краю поляны амальгарху, жадно щелкая зубами и роняя на снег капли вязкой слюны.
- Не двигайся, дорогая родственница. - шепнул Наршерри эльфийке, находившейся чуть позади, чувствуя, как изменяется кисть руки, вытягиваясь в острый костяной меч. - И даже не дыши...
- Ш-ш-шарх-х-х… - потусторонний шепот разбил тревожную тишину, окутывавшую измененного. - Давно не виделис-с-с-сь…

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

“Обычный для кого?” - висел в холодном воздухе вопрос, пока Мец неслась вслед за Наршерри. Она сделала вид, что приняла на веру размытое объяснение об учебе - хотя отчего от не выдал имени своего ментрора, раз сам не раз подчеркивал близость их родови, и слава искусного мага могла дойти и до её дома?

Мысль эта пришла и ушла, не успев задержаться. Сейчас всё внимание приходилось отдавать бегу: снег где-то спёкся скользкой льдиной, а где-то хрустел хрупким настом и проваливался на добрый локоть, коварно пряча корни-подножки. Далеко не самый приятный формат пробежки, но в вопросе опасности Грани патриция КсефХаир предпочла довериться напарнику.

И когда тот улетел носом в землю, Мец была уверена, что виной был лишь корявый корень.

— Порядок? — коротко спросила упырица, протягивая руку. Её дыхание даже после быстрого бега не вырывалось изо рта обычным для живых морозным облачком, но сейчас мёртвая не готова была тратить драгоценную кровь на поддержание таких деталей маскировки.

— Мэтр?.. — бывшее ей ответом рычание, правда, тоже не очень походило на досаду от боли в подвёрнутой лодыжке.

И ей осталось только снова проводить его непонимающим взглядом, прежде чем досадливо ругнувшись под нос о чём-то про “ебаную дырявую занавеску” опять броситься вдогонку. Что это было?

Когда же артефактолог остановился вновь, Мец повторила за ним лишь мигом позже, напряженно осматриваясь на непримечательной прогалине. Хотя сейчас даже её чувства улавливали неполадки в барьере, она не видела того, что чувствовал он. Зато уловила главное - лес замер. Ни один ночной зверь не шуршал в кустах. Ни одна птица не встревожилась их появлением. Даже ветер, кажется, перестал трепать снежные шапки на ветвях.
Только клацает что-то.

Уловив краем глаза движение, эльфийка тут же выхватила из ножен на поясе короткий меч. Странное свечение Его здесь быть не должно.
Какая-то её часть, порывистая, звериная, тут же изготовилась ринуться в бой, зачерпнуть разлитую в воздухе силу и разобраться с этим неведомым так, как она умела лучше всего. То есть без всякого задействования диалогов.

И повезло лишь в том, что шёпот Наршерри достиг её ушей быстрее. И что конкретно эта кровососка отчасти потому и получила своё становление, что умела подчиняться приказам.

Не дыши. Ха. Эту часть она точно могла выполнить с недосягаемой лёгкостью.

Сжав зубы, вампирша усмирила порыв внутреннего Зверя, застыв ледяным изваянием, напряженно сведя лопатки под грубой одежды.

Ш-ш-шарх-х-х...
Вот теперь она услышала. Не слова — скорее вибрацию, прокатившуюся по самому краю восприятия, по той грани, где заканчивается слух и начинается что-то иное, древнее, не предназначенное для живых ушей. Мёртвые, впрочем, слышали его отчётливо.
Косматая тварь, светящаяся гниющим светом, выползала из-за деревьев, и Мец позволила себе лишь незаметно сместить вес тела на опорную ногу. Поза для рывка. На случай, если придётся уносить ноги — или, наоборот, прикрывать спину своего странного напарника, пока он разбирается с тем, кто явился к ним из-за грани.

Ей владел не страх - скорее, раздражение, что первая проблема встала на пути так скоро, не успели они даже приблизиться к намеченной цели.

Но патрицианка только скосила взгляд на застывшего впереди артефактолога — на его руку, уже изменившуюся, вытянувшуюся в костяной клинок, на напряжённую спину, на то, как он врос в снег, готовый к прыжку.

Кажется, они знакомы. Как интересно.

Стоять и смотреть было не в её природе, но сейчас Мец оставалось лишь обратиться в обострённые чувства, с каким-то распалённым возбуждением наблюдая за тем, как разовьется эта сцена. Точно она была зрителем на арене, где вот-вот вспыхнет битва. С той лишь разницей, что здесь роль азартного наблюдателя ей отведена, может, лишь на пару мгновений.

[Кийтал]

- Кайрос-с-с-с… - выдохнул Наршерри, чувствуя ледяное дыхание завесы за своей спиной.
Измененный не шевелился, превратившись в подобие живой статуи. «Слепые», уже успевшие затянуться мутной белесой пленкой глаза настороженно следили за стоявшим перед ней духом. Амальгарх не спешил говорить, но продолжал считывать каждое движение пришельца, совершенно не предпринимавшего ни попыток напасть, ни убраться с дороги.
«Какого демона тебя сюда занесло, а?» - мысль скользнула по краю сознания и растворилась в сонме сен-образов. - «или в Пределе не сидится?»
Впрочем ни единого слова не сорвалось с плотно сжавшихся губ измененного, за спиной которого столь же неподвижно замерла родственница-эльфийка.
«Не вздумай даже дернуться, дорогая. В противном случае нас разорвут на сотни маленьких амальгархов и темных эльфочек. Не стоит ссориться с хранителями».
- Зачем ты з-сс-сс-десс-с-сь? - прошелестело чудовище, передернувшись. - Тебе не рады… Нарушил покой… Мы храним… от тебя… такиххх как ты…
Наршерри скривился, словно проглотил кислую ягоду ползучей гаэльской лианы.
«Кто бы говорил. Сам приперся незнамо зачем. Еще и правила устанавливать вздумал. Ну, че? Удачи тебе в этом, друг-Кайрос».
- Пос-с-с-сс-смешс-с-с-сь забрать… - шептала тварь, клацая зубами. - Мы з-с-са этим придем… Заберем… накаж-ж-жем… - волна мерцающей дрожи прокатилась по драной шкуре духа. - Проклянем…
Хранитель шептал, спутано и сбивчиво. И не было возможности понять, где угроза, а где простые, не несущие смысловой нагрузки фразы. Дух угрожал, забывая о том, что стоящий перед ним темный эльф, закутанный в подбитый мехом плащ, такая же часть Прелела, как и он сам. Или делая вид, что забыл.
Амальгарх глухо рыкнул, оскалившись.
- Хватит нести бред, Кайрос. Убирайся с дороги, пока я не развоплотил тебя! - мертвенно блеснул костяной меч, заменивший привычную кисть измененного. - Я не собираюсь посягать на твои владения! Пропусти нас»!
- Воз-с-с-меш-ш-шь… заберем… Проклянем-накажем… Придем за тобой...
Продолжая сбивчиво шептать зверь-хранитель истаял, словно его и не было.
Густая, тягучая тьма окутала путников. Угасло дыхание Завесы, столь отчетливо ощущавшееся амальгархом еще секунду назад. Нет, оно не исчезло совсем. Да и не могло исчезнуть, ибо дитя Предела всегда слышит Зов Грани, обещающий тишину и покой там, в омытых сумрачной прохладой дворцов. Измененный слышал этот Зов, сейчас звучавший мягким шепотом на периферии сознания, как ощущал дыхание собственного домена, скрытого за потусторонней пеленой.
Лес ожил. Зашелестели снежные хлопья, медленно сыплющиеся на землю. Где-то ухнула ночная птица, возвестившая о начале охоты. Медленно проступили запахи, необыкновенно яркие из-за сковавшего уснувшие деревья мороза.
Наршерри встряхнулся, сбрасывая оцепенение. Обернулся на застывшую за спиной Мецкэннет. И коротко кивнул.
- Идем, дорогая родственница. Нужно убраться отсюда как можно скорее, пока не явился еще какой-нибудь порождение Предела, возомнившее себя хранителем этих богом забытых земель. - он сморгнул, позволяя пленке, затягивающей глаза раствориться в мерцании изумрудных сполохов, и перевел взгляд на вернувшуюся к прежнему виду руку. - Все вопросы, буде такие у вас возникнут, на привале. Не отставай… те.
И амальгарх вновь сорвался на бег, углубившись в густую лесную чащу.

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

Взгляд Мецкэнетт препарировал спину Наршерри с такой тщательностью, будто среди узоров одежды надеялась разглядеть карту его истинных намерений.

В этом мире, где разрыв Грани нередко сравнивался с раной, гноящейся на теле обоих реальностей, любой контакт с обитателями Предела заканчивался либо смертью, либо безумием, либо длительной и мучительной изоляцией в карантинных зонах Тэнгу. Никто — абсолютно никто, обладающий хоть каплей здравого смысла — не вступал в переговоры с Тамагаэ. Их не допрашивали, их изгоняли или уничтожали.

А эти двое болтали. Угрожали. Торговались. Будто она слушала не разговор запредельного существа и древнего эльфа, а … Разум Мец был не так остёр, чтобы подобрать хлёсткое сравнение, но всё это точно было очень и очень странно. В духе человеческих разборок.
“В духе, ха”

Вампирша следила за этим странным действом всё так же внимательно, но вспыхнувший азарт поутих - в неясных шипениях было мало стоящих зерен информации. Кого там от кого этот мешок с костями хранит? И что он там страшит забрать? Уж вряд ли именно тот артефакт, за которым они пришли, являлся по случайному совпадению самой ценной ерундой на это забытой Гексадой луне, но всё же занятно.

Ксеф”Хаир понимала только одно: то, как держался Наршерри с этим “Кайросом” не походило на страх жертвы перед хищником. Скорее на досаду равного. Откуда такие знакомства, артефактолог?
Должно быть, эльф занимался производством тесно связанных с Гранью и её обитателями запрещенных артефактов, быть может, как-то паразитирующих на силе духов - иного объяснения некромантка себе придумать не могла.
“Стоит уговорить показать этот ассортимент”
Циничный прагматизм работал на полную мощность.

Мецкэнетт не шелохнулась, даже когда предельный фантом истаял, оставив после себя лишь едкий привкус озона и падали на нёбе. Она выждала три удара сердца — единица времени, хорошо знакомая немёртвой, — прежде чем серые пальцы, до побеления сжимавшие рукоять, расслабились, и клинок бесшумно скользнул обратно в ножны.И когда Кийтал к ней обернулся, его встретила только маска легкого светского пренебрежения - не столько к нему, сколько к самой ситуации, требующей беготни по сугробам.
Кажется, в каком-то старом человечьем фильме вампиры тоже вечно носились галопом по лесам.
Мец он никогда не нравился.

— Надеюсь, список ответов будет исчерпывающим. Но если за следующим поворотом нас ждет ещё один ваш "старый знакомый", будьте добры предупредить заранее. Я не люблю сюрпризов, особенно тех, что клацают зубами.
“Может, пора начинать сомневаться в оценках сложности этого похода.”

Впрочем, бежала следом она со всё той же легкостью, будто намеренно демонстрируя, что её решимость не поколебать ни встречей с тварью, ни странной реакцией спутника. Может, демонстрировала она это в первую очередь самой себе.

[Кийтал]

Снег пошел сильнее, и вскоре превратился в сплошную стену, во многом сократив и без того не очень четкую видимость. Но твари Предела, бегущей сквозь сорный ночной лес, разбрасывая мысками сапог сухой снег, совершенно не смущало ухудшение погоды. Его восприятие позволяло перемещаться в пространстве, не используя привычное жителям Ядра зрение. Его «сенсоры» доносили до него всю необходимую информацию, выстраивая в сознании достаточно четкую картину окружающего.
- Смотря что вы станете спрашивать, сударыня. - огибая край небольшой поляны, отозвался амальгарх. - Я тоже не люблю подобных сюрпризов. - тварь Предела, чутко вслушиваясь в бесплотный шорох далекой аномалии, даже не сбился с бега. - Даже удивительно, не правда ли, госпожа?
Фразу о старых знакомцах измененный проигнорировал, совершенно не собираясь вводить эльфийку в перипетии своих отношений с духами Предела. Ее это не касалось, да и к предмету договора не относилось.
«От этих духов вечно одни неудобства. А сейчас даже пожрать ими нельзя. Я же, типа, «простой артефактор», а не древняя тварь Предела, привыкшая закусывать духами на завтрак, обед и ужин».
Амальгарх бежал сквозь снежную завесу, прислушиваясь к звукам ночного леса и одновременно выискивая место для привала. Лавируя между укрытыми снежными шапками тяжелых еловых лап, измененный чувствовал, как мчится за его спиной эльфийка, повторяя каждое его движение. Белая шапка обрушилась на голову Наршерри, когда тот, пробегая мимо очередной одетой в снежную шубу ели, задел плечом зеленую ветку.
«Твою же…» - выругался мысленно амальгарх, встряхиваясь и разбрасывая осыпавшийся с капюшона снег.
Подходящее место обнаружилось ближе к утру. Аккуратный холм, при приближении оказавшийся небольшой, но вполне просторным гротом, из крупных валунов, поросший разлапистыми елями, создавшими своеобразный шапку-полог, надежно укрывший узкий проход. Измененный на несколько мгновений замер, настороженно ощупывая взглядом окружающее холмик пространство.
Было тихо. Шелест аномалии ощущался несколько приглушенно и не тревожил «сенсоры» измененного. Снег все так же сыпался сплошной стеной, заметая их следы. Раздувая ноздри, тварь Предела приблизилась к узкой щели входа, замерла на мгновение, и проскользнула в грот.
Пещерка оказалась сухой и чистой. Сыплющийся снаружи снег не залетал внутрь, этому мешали подметавшие сугроб еловые ветви, закрывавшие проем.
- Останемся здесь, сударыня. - вынес свой вердикт амальгарх. - Скоро рассвет, а нам обоим требуется отдых. Снег заметет наши следы.
Сбросив рюкзак, Наршерри извлек из него и активировал прозрачный куполок артефакта, раскинувшегося на весь грот. Тварь улыбнулась, приподняв уголки губ, ощутив, как пещерка наполняется теплом.
- Располагайтесь, дражайшая родственница. - ухмыльнулся измененный, начиная обустраивать себе спальное место. - К сожалению, не могу предоставить вам достойный ужин, так что придется довольствоваться пакетами сухпайка.
Сбросив высушенный простейшим бытовым заклинанием плащ на подстилку из еловых лап, оставленных в гроте каким-то неизвестным охотником, Кийтал занялся приготовлением нехитрого ужина. Или завтрака.

[Мецкэнетт Ксеф’Хаир]

Небрежно стряхнув снег с ботинок, женщина без возражений вошла в предложенное укрытие: ей было мало заботы о его удобстве, лишь бы не оставаться под прямым солнцем. Она не ощущала возникшего тепла, как не ощущала холода, но была довольна тем, что артефактор побеспокоился и о таком варианте ночлега. Нанимательница рассчитывала, что к этому времени они уже доберутся до стоянки, но неожиданный крюк из-за разрыва сбил эти планы. Оставалось надеяться, что в своих петляниях эльф не увёл их слишком далеко от назначенного пути – в начавшемся буране вампирша потеряла всякое направление.
Её немёртвое тело, конечно, не ощущало усталости живых: молочная кислота не заливала волокна мышц, легкие не требовали с хрипом кислорода, а желудок – пищи. Начал напоминать о себе лишь иного толка Голод, хоть кпырица загодя и отъелась.
Привал для неё был лишь досадной необходимостью, потерей времени, необходимой, чтобы её спутник не свалился от усталости с ног.

Предложение об ужине вызвало лёгкую улыбку. Эльф мог её предоставить достойный ужин, ещё как. Только вряд ли бы согласился на этот вид трапезы.

— О, не тревожьтесь, брат мой, — не сдержавшись, поддела она его манеру, — Перед дорогой я приняла виатикум, и его действия должно хватить на несколько суток. Не трать на меня припасы.

Мецкэнетт легко опустилась на землю, садясь на свои подогнутые ноги, и сложила ладони на колени, наблюдая за приготовлениями спутника.

— Кийтал, — помолчав, начала она, собирая своё самообладание, — Уважать скелеты в чужих шкафах я научена, — это было такое враньё, да стыда некому испытать, — Но я не могу позволить себе роскошь их игнорировать, если они сами выпрыгивают на меня из распахнувшихся дверей. Делать вид, в лесу мы повстречали просто больную собачку – тоже.

“Ненавижу эти утомительные расшаркивания”

— Мне нужно понимать ситуацию. Я не требую и не прошу говорить мне ничего, чего я не должна знать, но если у вас есть объяснения, предположения, чего хотело это… создание, и не может ли это стать помехой в нашей задаче – я буду признательна за предупреждение.

Она чуть склонила голову в легком уважительном поклоне. Хотя видят Шестеро, будь перед ней наёмник попроще, предпочла бы вести этот разговор в немного другом тоне. С сапогом на его шее, например.

[Кийтал]

Пожав плечами, Наршерри убрал второй брикет сухпайка обратно в мешок. Оставшийся он опустил в разогретую заклятьем до кипения воду и откинулся назад, прислонившись спиной к шершавой стене. Тварь слышала вопросы эльфийки, только вот объясняться не торопилась.
Разрыв Грани беспокоил измененного, ибо даже сейчас, когда они обогнули аномалию, оставив ее в стороне, Зов ощущался слишком отчетливо, словно он находился рядом с истончившейся кисеей завесы. И это ему не нравилось.
«Как пожелаешь, дорогая родственница. Кто я такой, чтобыспорить с выбором женщины.» - мысль скользнула на переферии сознания, так и не оформившись в конечную фразу. Амальгарх принял объяснения Мецкэннет и более не собирался возвращаться к вопросу об ужине. Или завтраке.
Тонкие ноздри нервно подрагивали, отфильтровывая сотни запахов, проникавших в крохотную пещерку извне, но ни один из них не принес известия об опасности. Сейчас, когда буран, разыгравшийся за пределами грота, вошел в полную силу, дети Предела предпочли тоже попрятаться. В большинстве своем.
Тварь отмерла, когда паек разогрелся. Пошевелилась, извлекая брикет из воды и вновь прислонилась к стене, зашуршав оберткой.
«Значит, ты научена уважать чужие скелеты… кхм… Забавно...» - Наршерри ел медленно, тщательно пережевывая лишенную вкуса пищу. Темные глаза с проблесками иридиевых искр лениво скользнули по женской фигуре и замерли на лице эльфийки, считывая изменения мимики застывшего лица. - «Тогда что тебе мешает просто проигнорировать увиденное? Любопытство? Или раздражение, смешанное с недовольством и желанием придушить меня?»
- Больная собачка… - хмыкнул Кийтал, испепеляя обертку. - Кайрос наверняка оскорбился бы, услышь он такое определение себя. - губы твари изогнула кривая усмешка. - Духи — странные существа. Не всему сказанному ими следует верить. Но и полностью игнорировать сказанное тоже не стоит. В особенности, если говорит хранитель. - амальгарх пожал плечами. - Чего хотело это создание?… Возможно, запугать. Или предостеречь. Иди же проклясть, если мы посмеем унести что-то из этих земель. Сложно сказать, госпожа.
Он помолчал, задумчиво перебирая в памяти детали нежданной встречи. Измененный помнил этого духа. Помнил, как тот проник на территории его домена, чтобы завладеть столь лакомым куском. Точно так же белесая тварь помнила, как заставила улепетывать прочь «больную собачку», оставляя за собой клочья плоти.
- Его слова могут стать нам помехой, а могут и оказаться просто бредом слетевшего с катушек духа. Я не могу сказать вам точно, сударыня. - Наршерри равнодушно пожал плечами, сделав в памяти зарубку, что следует потом разыскать покоцанную скотину и развоплотить ее, дабы та больше не мутила воду. - Что же касается нас… то мы примем к сведению сказанное. И я хочу надеяться, что это были всего лишь слова, которые не несли никакого проклятия. В любом случае сейчас это проверить мы не сможем, ибо даже не знаем, о чем вообще говорило это пугало.
Амальгарх завозился, устраиваясь на расправленном плаще, служившим ему постелью.
- Отдыхайте, дорогая родственница. - шепнул он, сунув под голову мешок. - Буран продлится весь день И хорошо бы он прекратился к тому моменту, когда Сатина опустится за горизонт.